Звездный боец UFC Джон Джонс сделал неожиданное предложение своему давнему сопернику Дэниелу Кормье. Джонс предложил провести символический бой продолжительностью всего в одну минуту, чтобы, по его словам, окончательно поставить точку в их продолжительном и напряженном соперничестве.

Это предложение, сделанное Джонсом, подчеркивает нерешенность их конфликта, который охватывает несколько лет и включает в себя два напряженных поединка в октагоне. Несмотря на то, что оба спортсмена уже ушли из профессионального спорта, их противостояние остается одной из самых обсуждаемых тем в истории UFC.

Джонс выразил желание провести этот короткий поединок без каких-либо последствий для их рекордов или карьеры, сосредоточившись исключительно на эмоциональном и психологическом аспекте завершения их соперничества. Он считает, что одноминутный бой будет достаточным, чтобы снять остаточное напряжение между ними.

На данный момент нет информации о реакции Дэниела Кормье на это предложение. Однако, учитывая историю их отношений, можно предположить, что ответ будет не менее интригующим.

English Translation:

Jon Jones offered Daniel Cormier a one-minute fight to settle UFC rivalry once and for all

UFC star Jon Jones has made a surprising offer to his long-time rival Daniel Cormier. Jones proposed a symbolic fight lasting just one minute, aiming, in his words, to finally put an end to their protracted and intense rivalry.

This offer from Jones highlights the unresolved nature of their conflict, which spans several years and includes two heated octagon encounters. Despite both athletes having retired from professional competition, their feud remains one of the most discussed topics in UFC history.

Jones expressed a desire to have this short bout without any impact on their records or careers, focusing solely on the emotional and psychological aspect of concluding their rivalry. He believes a one-minute fight would be sufficient to alleviate any lingering tension between them.

As of now, there is no information regarding Daniel Cormier’s reaction to this proposition. However, given the history of their relationship, it can be assumed that the response will be equally intriguing.